СТИХИ
АВТОРЫ
УЧАСТИЕ

Евангельский круг

Воронов Алексей

Страстная пятница

Какая серость неземная,
Какая мёртвая пора.
«Сегодня пятница Страстная», -
Мне скажет бабушка с утра.

Затихло птичьих песен соло,
Споткнулось время, сбавив бег.
И только серый дождь до школы,
И после школы, и вовек…

Как часто мы брели не зная,
Что делать, кто же виноват?
Наверно, пятница Страстная:
И дом наш пуст, и Бог распят.

И бабушка не затевает
Над куличами канитель.
Но Божий Образ проступает
В дали, где прячется апрель.

И там, за серой пеленою,
Вдали сияет край небес.
Грядёт за пятницей Страстною
Великое: Христос Воскрес!

Колодяжная Людмила

Волхвы

Галки взлетают все выше,
Чтобы на кронах уснуть...
Верно, волхвы уже вышли
В свой осторожный путь.

Снежной дороги каша,
Самая глушь зимы,
И не увидишь даже
Луч среди этой тьмы.

В худшее года время,
В холод волхвы пошли,
Царских подарков бремя
Над головой несли.

Мглою, по снежной пыли,
Прочь от Ирода, прочь,
К цели идти решили,
Без остановки, всю ночь,

Сквозь безлистные кущи,
Чтоб не застыть, не заснуть...
Пел чей-то голос в уши,
Что безрассуден путь -

Есть ли Господь на свете,
Иль человек один?..
Маги пришли на рассвете
В теплую мглу долин,

Где из-под мокрого снега
Остро пахла трава,
Луч у корчмы, как веха,
Гибкие дерева

Над Его колыбелью...
Поняли путники – здесь;
Ангела голос свирелью
Им подтвердил: Бог – есть!

––––––––

Давно это, помнится, было,
Но если б послал кто-нибудь,
По грязи, по снежной пыли
Волхвы б устремились в путь,

По тающей острой кромке,
В морозную глушь зимы,
Надеясь увидеть ломкий,
Единственный Луч средь тьмы.

Бегство в Египет

Помнишь? Ангел в тумане белел,
Нас в небесах приютивший...
Надо исполнить, что он велел,
Ангел, во сне приходивший,

Тот, говоривший: "Встань и возьми
Все, что дорого сердцу,
Видишь, ночные взметнулись огни -
Ирод ищет Младенца.

Видишь, как преданно ждет у двери
Ослик покорный и смирный,
Матерь и Сына возьми, и дары -
Золото, ладан и смирну.

В землях Египетских сохрани
Сладость воспоминанья,
Там, где пустыня, где темен Нил,
На берегах изгнанья.

Здесь, в Вифлееме, вопли и плач,
Дьявол раскинул сети,
Здесь младенцев губит палач,
Плачет Рахиль о детях.

Ты пережди, пережди беду,
Сердца смиряя жажду...
Ирод умрет. Я к тебе приду,
В сон твой, с вестью, однажды,

И скажу: отдохни от бед,
Мира забудь пороки,
В светлый тихий иди Назарет,
Как предрекли пророки ".

Преображение

Дым облака, сошедшего с вершины
Туманом разметался по ущелью.
И Он, Себя назвавший Божьим Сыном,
Сказал ученикам: здесь – мы у цели.

Сон оковал троим уста и вежды,
Сквозь дымку сна прожгло их, просияло
Его Лицо, как солнце, и одежды,
И пепельный хитон, и покрывало.

Был этот свет, как дальний зов влекущий
Сквозь мелкий дождь, что над землей рассеян...
И Петр сказал: "Я сделаю три кущи
– Тебе, Илье, пророку Моисею."

Был тихий Глас, как дальний свет зовущий,
Плач, сквозь лучи, в ночи троих встревожил...
И Петр сказал: "Я сделаю три кущи
– Пророкам и Тебе, как Сыну Божью."

Был этот день для дней грядущих знаком
Судьбы посмертной и посмертной славы...
К утру росою увлажнились травы...
Но шли за Ним – Петр, Иоанн, Иаков.

Голгофа

Святые страницы
привычно
стремишься перевернуть...

Границами
рощи масличной
начнется – единственный Путь,

крутой переулок,
дорога,
тот холм, та пустыня окрест...

Шаг – гулок,
от коего дрогнет
твой смертный невидимый крест...

Та боль, та молитва, страданье,
которое – жизни итог,
когда пробуждается

тайно
в душе – побеждающий
Бог.

Миг Вознесенья

Миг Вознесенья. Сквозь простор -
Крестообразный прочерк линий.
Цвет вечности, цвет темно-синий,
И взгляд Христа. Земной укор
Все тише. Ввысь крута дорога,
Уже не человека взор,
Но строгий взгляд Живого Бога.

И возгласы учеников
Сын Возносящийся не слышит,
Но лишь Отца далекий зов,
Тот зов, что облака колышет.

И нет пространств, и нет времен...
Сокрытый облаком туманным,
Христос уже не виден... Звон,
Звон вечности, и в сердце – рана.

И кровь сочится, как вода...
Но навсегда уже над нами -
Взгляд Сына, чистый, как звезда,
И обжигающий, как пламя.

Над строфами Евангелия...

Не жрецы, не кудесники –
а молитвы, как новые,
и в листы Песни песнею
листья никнут кленовые.

Нет не вехами –вешками
путь белеется гибельный,
что же делать – как Меньшиков
перечитывать Библию.

Дали входят, как ангелы,
будят двери дубовые,
и читаем Евангелье
мы, на муки готовые.

Собираемся горстками,
делим тропы неторные,
ходим в горы фаворские
слушать речи нагорные...

Дни растянуты строфами,
звездным светом кончаются,
но кресты над голгофами,
как деревья качаются,

не молитвами, стонами,
льдом дороги окованы,
вянут нимбы терновые
над дверями – подковами,

гнутся ивами-ветками
над хранителем-ангелом,
цифры тянутся вехами
над строфами Евангелья...

© Издательство Московской Патриархии Русской Православной Церкви 2011 г.